ИнтервьюТеатр

Режиссер Артём Каграманян: мы обострили линии взаимоотношений между всеми персонажами

Премьерные показы спектакля «Дом 19|07. НАЧАЛО»

В апреле в старинном особняке А.К. Поливанова в центре Москвы стартовали премьерные показы спектакля «Дом 19|07. НАЧАЛО» – приквела постановки «Дом 19|07», который был представлен зрителям в декабре 2017 года. Вокруг этого мистического Дома ходят легенды. Одна из них – о замурованной девушке – служила вдохновением для авторов при создании первого сезона театрального сериала, и нашла отражение – во втором. «Дом 19|07. НАЧАЛО» – предыстория, раскрывающая тайны одного благородного семейства, произошедшая здесь более сотни лет назад, о связи всех людей и поколений через человеческие пороки.


«Герои, которых зрители видели в первой части, раскрываются с самой неожиданной стороны. – рассказывает режиссер постановки Артём Каграманян, – Мы максимально обострили линии взаимоотношений между всеми персонажами и разрушили все представления зрителей о них.»
Мы поговорили с Артемом о тайнах Дома, о том, просто ли существовать артистам в иммерсивном формате и о схожести театра с телевидением.
Артём Каграманян Режиссер Артём Каграманян: мы обострили линии взаимоотношений между всеми персонажами NLM 9608
Артём Каграманян Режиссер Артём Каграманян: мы обострили линии взаимоотношений между всеми персонажами NLM 9613
Артём Каграманян Режиссер Артём Каграманян: мы обострили линии взаимоотношений между всеми персонажами NLM 9790123

    Типичная Москва: Решение о том, что будет второй сезон сериала «ДОМ 19|07. НАЧАЛО», своего рода приквел к первому, было заложено еще при работе над первой частью спектакля? Если да, то чья это идея?

    Артём Каграманян: Изначальное позиционирование проекта как «театральный сериал» подразумевало создание нескольких серий, объединенных одной идеей. Это решение было принято продюсером и идейным вдохновителем проекта – Натальей Залюбовской, которая является и Президентом Регионального общественного  фонда социально-правовой защиты отечественного архитектурного наследия. Именно благодаря ей  памятник архитектуры началаXIX века продолжает свое существование в качестве театральной площадки, а не очередного питейного заведения.  Я был приглашен в проект в качестве  режиссера спектакля «Дом 19|07. Начало».

    Почему второй сезон решили делать в музыкальном формате?

     На мой взгляд, музыка подчеркивает драматическую историю и делает ее глубже. Когда я вижу музыкально-драматическую историю, мне как зрителю, становится интереснее.  Музыкальный материал делает объемнее и персонажей,  тем более, что в нашем спектакле работают прекрасные актеры с большим опытом работы в лучших бродвейских и российских мюзиклах.  Мне показалось грехом, если они в спектакле не будут  петь. И прекрасная музыка Руслана  Муратова расставила все по местам.

    Можно ли провести какие-то параллели между работой над сериалом «ДОМ 19|07. НАЧАЛО» и мюзиклом «Чайка», над которым вы трудились вместе с южнокорейским режиссером Те Сик Кан в 2017 году?

    Да, можно, если рассматривать с той точки зрения, что оба спектакля – музыкально-драматические истории. Кроме того, спектакли объединяет время действия – начало 20 века и  проблемы, которые герои пытаются решить одним ходом, одним шагом.

    Сколько времени понадобилось на репетиции?

    На репетиционный период  было отведено 2 месяца.

    Легко ли актерам удалось освоить свои линии?

    Работа с актерами – это, в принципе, не самое легкое дело. Тем более, у них уже была выстроена  своя мотивация поведения  героев еще с первого спектакля. А в приквеле мы сломали всю логику их поступков,  раскрыли персонажей совершенно с другой, неожиданной стороны. Персонажи оказались богаче, выпуклее, интереснее. И актерам, и мне было непросто. Но, я думаю, нами достигнуто полное взаимопонимание, что, конечно, нашло отражение в спектакле – результате нашей совместной работы.

    Вы начинали свою карьеру с актерской профессии? Как Вам такой опыт помогает в работе с артистами сериала?

    Актерский опыт, безусловно, помогает.  Иногда я прибегал к тому, чтобы показать актерам, чего хочу от них добиться, хотя, при этом, считаю, что это не очень хорошо.  Но я это делал для того, чтобы показать, что я делаю, какую цель преследую, куда иду, какую логику простраиваю. Важно: не как, а что! Я требовал от актеров никогда не повторять то, КАК я это делал. И здесь уже они подключали свою физику и актерский талант.

    Вы режиссировали постановки в театре Луны и даже создали свое независимое театральное содружество «Горизонт». Как отличается работа над спектаклем в иммерсивном формате от режиссуры традиционных театральных постановок?

    В иммерсивном театре зритель оказывается где-то между кино и театром. Это можно сравнить со съемочной площадкой, где есть возможность перемещения, видеть одну и ту же сцену с разных ракурсов. Можно посмотреть половину сцену с одной стороны, половину сцены – с другой. Поэтому, когда я ставил спектакль, то постоянно об этом  думал и передвигался, как зритель, по разным точкам. На традиционной театральной постановке режиссер думает только о той картинке, которую увидит зритель из зала. Здесь же нужно было понять: если зритель будет здесь: что он увидит? Какую историю, какую картинку? Это сложнее, чем когда ты простраиваешь  кадр как кинорежиссер, потому что при этом нельзя забывать, что это театр, где актеры должны играть  здесь и сейчас, умирать – здесь и сейчас, любить и ненавидеть – тоже здесь и сейчас. Поэтому, при постановке иммерсивного спектакля приходилось думать и с точки зрения театрального режиссера, и кинорежиссера.

    Имеет ли схожие черты постановка иммерсивного формата с режиссерской работой на телевидении? Вы ведь неоднократно сотрудничали с разными каналами: Первый канал. Всемирная сеть, Домашний, МАТЧ ТВ.

    Я проработал 8 лет на Первом канале. Но нет, телевидение –  это другое. Иммерсивная постановка, скорее, больше похожа на киносериал, где актеры должны играть легко, без лишних эмоциональных разбросов.  Зритель находится очень близко, и любая маленькая фальшь сразу становится огромной.

    Расскажите, случались какие-то мистические необъяснимые ситуации и явления во время репетиций и подготовительной работы над спектаклем?

    Нет, в мистику я не верю, ничего сверхъестественного не случалось. Я верующий человек.

    Возникали ли технические сложности при работе в самой усадьбе А. К. Поливанова. Ведь это редкий образец деревянного ампира дворянской Москвы, который, по праву, считается памятником архитектуры начала ХIХ века.

    Технические сложности – да, были. В виду того, усадьба А.К. Поливанова является памятником архитектуры федерального значения, перед нами стояла сложная задача – рассказать в ее стенах свою историю, отличную от предыдущей серии, при минимальных дополнениях, не ломая фактуры и, тем более,  стен особняка.  И была еще одна сложность. Поскольку у нас в рамках одного спектакля зрители видят фактически три самостоятельные истории, была задача развести три группы зрителей так, чтобы они практически не пересекались.

    Артём Каграманян Режиссер Артём Каграманян: мы обострили линии взаимоотношений между всеми персонажами 1901 S3 JPEG

    Как зрители воспринимают такую подачу материала? Что бы Вы порекомендовали зрителям, которые впервые придут смотреть представление в иммерсивном формате?

    Я советую только одно: надеть удобную обувь и быть внутренне открытым. История захватит зрителя. И тут не нужно знать ни того, что было в первой истории, ни читать заранее пьесу. Тем более, что история авторская, и написана Борисом Комаровым специально для этого спектакля. Это глубокая трагическая история. Мне хотелось, чтобы зрители заглянули в себя.

    Есть ли какие-то важные детали во втором сезоне, на которые вы рекомендуете обратить внимание зрителям?

    Те зрители, кто видел первую серию, заметят изменения в героях.  Персонажи стали глубже, интереснее, выпуклее. Вследствие этого, и актеры стали играть тоньше, подробнее.

    Известно, что сериал благодаря формату и блестящей игре актеров вызывает полное погружение зрителей в мистическое действие. Не было ли случаев, когда зрителям становилось плохо от леденящих кровь моментов с призраками?

    Одна моя знакомая – театровед, которая уже посмотрела спектакль, наблюдая за одной из сцен, сказала, что от реалистичности происходящего ей стало внутренне не по себе. Это и есть  искусство.  Но у нас, все-таки, не хоррор, а драма. Людей трогают сама история и чувства, переживания героев.

    Теги
    Показать больше

    Игорь Сумин

    Руководитель культурно-развлекательного интернет-издания "Типичная Москва". По всем вопросам сотрудничества, авторства или исправлений в работе сайта и контента - info@typical-moscow.ru. Спасибо за внимание!
    Close
    Close

    Сообщить об опечатке

    Текст, который будет отправлен нашим редакторам: